Вольная экранизация арабских сказок. Завершение "историко-этнографической" трилогии Пазолини "Трилогии жизни". Одна из вершин поэтического кинематографа, в эпиграфе которой многозначительно заявлено: "Истина заключена не в одном сне, она - во многих снах". Лента построена, как сборник тонко увязанных друг с другом киноновелл по мотивам "сказок "Тысячи и одной ночи". Десять историй из трех культур - Персия, Египет и Индия - были сняты с особой вычурностью в Иране, Эритрее, Йемене и Непале с участием непрофессиональных актеров и крестьян. Время действия - от 9-го века до Ренессанса. Буквально все в этих райских кущах народной фантазии ярко, весело, изобретательно, в лучшем смысле слова мозаично и, естественно, беспредельно эротично (достаточно вспомнить знаковый эпизод с луком и стрелой, наконечник которой исполнен в виде полового члена, направленного в сторону...). Нур-эд-Дин, ищущий свою возлюбленную Зумурруд, рабыня Пеллегрина, ставшая царицей в огромном восточном городе, кочевники и наложницы, завсегдатаи пестрых арабских базаров - вот герои сказок Шехерезады и фильма Пазолини. Как прокаленный жарким солнцем воздух пустыни рождает миражи, так и гений режиссера воссоздает зыбкую реальность, исчезающую с последними кадрами его шедевра... В фильме не раз затрагиваются темы гомосексуальных проявлений. Впрочем, не секрет, что это относится ко всему творческому наследию режиссера. Всегда бросается в глаза, что, будучи по своей половой принадлежности продолжателем традиций Леонардо и Микеланджело, Пазолини с куда большим восхищением относился к мужскому обнаженному телу, чем к женскому. После, ему было суждено снять лишь один фильм "Сало, или 120 дней Содома" и погибнуть от руки убийцы. Потрясающая живописность добивалась съемками среди удивительных пейзажей Азии и Африки (Непал, Йемен, Иран, Эфиопия).